Борису Валерштейну

Пора в дорогу, старина, «подъём» пропет! Ведь ты же сам мечтал услышать, старина, как на заре стучатся волны в парапет и чуть звенит бакштаг, как первая струна. Дожди размоют отпечатки наших кед, загородит дорогу горная стена, но мы дойдём – и грянут волны в парапет, и зазвенит бакштаг, как первая струна.
Послушай, парень, ты берёшь ненужный груз: ты слишком долго с ней прощался у дверей. Чужими делает друзей слепая грусть, и повернуть обратно хочется скорей. Пойми, старик, ты безразличен ей давно. Пойми, старик, она прощалась не с тобой. Пойми, старик, ей абсолютно всё равно – что шум приёмника, что утренний прибой.
А если трудно разом всё перечеркнуть, давай разделим пополам твою печаль. И я когда-то в первый раз пускался в путь, и всё прощался, и не мог сказать «прощай». Ну что ж, пойдём, уже кончается рассвет, и ты же сам мечтал услышать, старина, как на заре стучатся волны в парапет и чуть звенит бакштаг, как первая струна!

8 марта 1969